Обслуживание ПК

Охота на гусей

Охота на местах кормежек


Охота на местах кормежек включает в себя некоторые элементы охоты на вечерних перелетах. При этом охотники, найдя места кормежки гусей, издалека, с помощью бинокля, уточняют на местности параметры кормового участка.

В сумерках, когда птицы полностью снимутся с ме­ста и спокойно, не потревоженные, улетят на водоем, охотники выдвигаются к зафиксированному месту кормежки и начинают копать маскировочные ямы, как описано ранее. Верным признаком того, что место выбрано правильно, может служить свежий гусиный помет, оставленный птицами.


Лучше, если одновременно на таком участке будет размещено не более трех человек. Места для стрелков выбираются с учетом утреннего маршрута гусей, а также направления ветра и конфигурации участка кормежки (полосы стерни — убранного хлеба).

Подготовив и тщательно замаскировав стрелковую линию, нужно выставить гусиные профили. Обычно вы­ставляется двадцать—тридцать профилей. Большее число профилей отнимает много времени на их снятие в том случае, если гуси, заподозрив что-то неладное, в самый разгар охоты станут облетать их стороной.

При наличии манных гусей их хорошо высадить утром, перед самым прилетом птиц. Некоторые охотники пытаются использовать в качестве манных гусей диких гусят, выпаренных домашней гусыней. Как правило, эти попытки бесполезны. Услышав и увидев диких собратьев, летящих на поля, гуси, выращенные человеком, начинают биться, хлопать крыльями и тревожно кричать, так что стаи гусей стремятся облететь их стороной. Лучше для такой цели использовать старого домашнего гусака, имеющего окраску, сходную с окраской диких гусей.

Утром на кормежку птицы прилетают с началом рассвета. Обычно до того, как полетят стаи, на место вчерашней вечерней кормежки прилетают один-два гуся, которые с криками облетают поля. Таких гусей охотники называют «разведчиками». Стрелять по таким гусям не рекомендуется, так как можно испортить всю охоту. Заслышав выстрелы на месте кормежки,— а слух у гусей очень тонкий, они могут слышать крики сородичей за десятки километров,— птицы изменят свой маршрут и улетят кормиться на другие поля.

Чтобы правильно установить гусиные профили, нужно знать следующее:


Гуси, как и другие птицы, при виде себе подобных садятся, как правило, перед ними, так как видеть в ответственный момент посадки сидящих перед собой coродичей безопаснее.

Поэтому, если гуси летят к охотнику с подветренной стороны, а профили выставлены на их пути перед скрадом,— птицы, пролетев профили и не обнаружив при этом опасности, развернутся и будут садиться позади охотников, смотрящих в это время на профили.

Поскольку поворачиваться в тесной яме весьма неудобно (можно нарушить маскировку и испугать подлетающих гусей), при таких обстоятельствах лучше сразу расположиться так, чтобы встретить садящихся на ветер птиц в лицо и вести по ним прицельную стрельбу (при этом профили будут находиться позади охотника).

В том случае, когда гуси летят к месту расположения скрадка на ветер, профили лучше выставлять перед скрадком на расстоянии не далее пяти—десяти метров. Это позволит стрелять подлетающих гусей с расстояния в пятнадцать—тридцать метров. Некоторые охотники в таких случаях два—три профиля ставят прямо на брусвер ямы-скрадка.

Наличие при такой охоте профилей или манных гусей является главным условием успеха. Увидев профили и услышав призывной крик манного гуся, дикие гуси подворачивают к ним и налетают на замаскировавшегося охотника. При умении пользоваться манком или изображать звуки гусей без манка можно обходиться и без манных гусей.

Охотясь таким образом, нельзя стрелять по стае гусей вообще, нужно каждый раз четко выцеливать отдельную птицу. Бесприцельная стрельба по стаям неизбежно ведет к большому количеству подранков. Летящего гуся следует выцеливать, всегда беря достаточное упреждение — на два—три гусиных корпуса вперед. Охотнику, не имеющему опыта охоты на гусей, кажется, что гуси летят медленно и поэтому большого упреждения брать не следует. Такой обман восприятия объясняется тем, что гуси относительно редко машут крыльями, а крупный размер птицы скрадывает расстояние до нее и быстроту ее полета. Между тем нужно знать, что гуси летают быстрее чирков и способны двигаться со скоростью до восьмидесяти километров в час.


Другая часто повторяющаяся ошибка, которую допускают начинающие охотники,— стрельба по подлетающим гусям на неубойной дистанции. Сидя в скрадке и видя появившихся на горизонте и приближающихся гусей, начинающий охотник поднимает ружье, полагая, что они уже рядом, и птицы, в действительности еще слишком удаленные, замечают движение ружья и отворачивают в сторону. Поэтому опытные охотники стреляют по гусю только тогда, когда у него видны лапы.

Подранков, упавших после выстрела, надо достреливать, не выходя из скрадка. После выстрелов по стае следует обязательно проследить за улетающими птицами некоторое время, так как нередки случаи, когда даже смертельно раненные гуси, отлетев от скрадка на большое расстояние, замертво падали на землю, оставаясь незамеченными охотниками. Собирать убитых гусей можно только после окончания охоты, так как неожиданное появление человека на поле будет сразу же замечено летящими птицами, и они начнут облетать скрадок стороной.

В тех случаях, когда гуси вылетают кормиться на озимые поля или на пашню, охота на месте их кормежки проводится так же, как описанная выше (с применением манных гусей и профилей).

Гусиные профили обычно вырезаются по заранее заготовленным шаблонам из нетолстой фанеры (3—4 см), дюралевых листов или из нетолстых древесно-волокнистых плит (ДВП) и тому подобных материалов.

Вырезанные профили раскрашиваются под цвет диких гусей. Чтобы краска на профилях не блестела, ее нужно притирать либо мокрой тряпкой, либо ацетоном.

Выставлять профили нужно так, чтобы гуси могли видеть их контуры с различных точек полета.

В последние годы в охотничьих магазинах появляются объемные чучела гусей, изготавливаемые из пластика. Стоят они довольно дорого и для рядового охотника я вряд ли доступны, но эффект на пролетающих гусей они производят, как говорится, неотразимый. Главный их недостаток — неудобство в перевозке. Другое дело профили — сложил стопкой, связал ремешком, и все готово — можно перевозить куда угодно.

Многолетняя практика свидетельствует о том, что результативность охоты на гусей в решающей степени зависит от организованности, дисциплины ее участников и знания ими особенностей поведения этих осторожных и строгих птиц в различных условиях.

В качестве примера правильной организации добычи гусей представим здесь информацию о деятельности Октябрьского охотничье-производственного участка, функционировавшего в Челябинской области. Этот участок был образован на площади в 117 тысяч гектаров. Большую часть его территории занимали сельскохозяйственные поля, где возделывалась пшеница и другие зерновые культуры. Здесь расположено пятнадцать озер различной величины. Наиболее ценным для обитания серого и других видов гусей является озеро Сары, занимающее 390 гектаров. Зарастание озера тростником, камышом и рогозом составляет шестьдесят процентов. Вода пресная. Часть территории участка примыкает к Кочердыкскому государственному заказнику, созданному для охраны во­доплавающих птиц.

Обширные поля на территории, входящей в ОПУ, после уборки хлебов являлись привлекательной кормовой базой для серого и других видов гусей: гуменника, белолобого, белолобой и краснозобой казарок. Эти виды по­являются в заказнике обычно в первых числах сентября и кормятся на полях вместе с серыми гусями.

При постоянно возрастающей численности гусей (она достигает ста тысяч), прилетающих на территорию Кочердыкского госзаказника из многих районов Челябинской, Курганской и ряда северных областей, хлебные поля на территории заказника обеспечивают их кормом, как правило, до середины сентября. Птицы жируются не только на стер­не, но активно кормятся также и на необмолоченных вовремя хлебных валках, причиняя этим определенный ущерб сельскому хозяйству. Причем после скашивания зерновых культур в валки птицы в течение первых трех дней на них не летят. На четвертый—пятый день гуси уже активно пере­мещаются на поля с необмолоченными валками и кормятся только на них. При выпадении в этот период осадков, что исключает обмолот, ущерб, причиняемый птицами, существенно возрастает.

После того как птицы подберут зерна на полях внутри заказника, они начинают посещать прилегающие к заказнику участки, постепенно увеличивая радиус вылета. К концу сезона это расстояние достигает тридцати и более километров.

Со временем значительная часть гусей перестает возвращаться в заказник. Птицы днюют и ночуют на озерах охотничье-производственного участка: Сары, Таран-туры и других. С учетом этой закономерности и был организован Октябрьский ОПУ, ориентированный, главным образом, на промысловую добычу гусей.

Охота на гусей в охотничье-производственном участке обычно начиналась с 15—20 сентября, когда птицы уже в значительном количестве перемещались кормить­ся на хлебные поля, прилегающие к заказнику. Режим охоты был достаточно строгим. На всех водоемах охотничье-производственного участка устанавливался статус зон покоя с полным запрещением какой-либо охоты как на самом водоеме, так и на километровой полосе вокруг него. Охота разрешалась только на утренних зорях и за­канчивалась в десять часов утра.

Промысловая бригада обычно состояла из шести—восьми человек, кроме того, допускалась охота не более восьми человек индивидуальных охотников. Таким образом, на всей территории охотничье-производственного участка одновременно утром охотилось не более шестна­дцати человек.


Охота разрешалась только из укрытий: либо из ям, либо из копен соломы, с использованием профилей или подсадных гусей.

Вылетающие на кормежку гуси после стрельбы по ним на одном поле перемещались на соседнее, где нет стрелков, и спокойно кормились там до отлета на дневку: либо на озера заказника, либо на озера охотничьего производственного участка. В сухую погоду птицы вылетают кормиться рано утром и находятся на полях обычно до десяти—одиннадцати часов. После дневки на водоемах гуси около пятнадцати часов вылетают кормиться, оставаясь на полях обычно до наступления темноты. В сырую погоду гуси нередко находятся на полях в течение всего дня и возвращаются на водоемы несколько раньше обычного.

Прекращение стрельбы после десяти часов утра на территории охотничье-производственного участка обеспечивало гусям спокойный отлет на водоемы и возвращение на вечернюю кормежку, что предопределяло вместе с другими мерами успех охоты на утренней заре. Такой щадящий режим охоты, при довольно высокой результативности, способствовал стабильному пребыванию гусей на территории госзаказника и охотничье-производственного участка до самого отлета их к местам зимовок.

В среднем за одну утреннюю зарю промысловая бригада добывала сто двадцать гусей, а в отдельные удачные дни — двести пятьдесят—триста.

Всего за сезон охоты на территории охотничье-производственного участка в порядке промысла добывалось до двух тысяч гусей, которые сдавались в торговую сеть города Челябинска; кроме того, до пятисот гусей ежегодно добывали на участке индивидуальные охотники. Это является самым высоким показателем в России.

В 1987 году по инициативе руководства агропром-комитета Октябрьский ОПУ был ликвидирован, а его уго­дья закреплены за охотколлективом облагропромкомитета. И сразу же, с первых дней сезона, здесь начался мас­совый охотничий беспредел. Видя обилие дичи, общества охотников бойко торговали путевками. Сотни охотников в поисках наиболее удачного места колесили по хлебным полям. Стрельба по гусям велась как утром, так и вечером. Разогнав птиц, в конце сезона при их неснижающейся численности получили более чем скромный результат — двести пятьдесят добытых гусей. В последующие годы ряд элементов ранее действовавшего режима охоты был восстановлен, однако общая непомерная нагрузка на угодья и бесконтрольность в охоте сохранились.

Некоторые охотники, желая «взять» гуся, летящего на большом расстоянии, стреляют по птицам картечью. Попадание одной картечины ранит птицу, и она довольно часто падает вне поля зрения охотника.

Лучшими номерами дроби при охоте на гусей, как показал опыт промысловой бригады, являются «тройка» и «единичка». Тот, кто пытается неумение маскироваться и выбирать место для скрадка компенсировать стрельбой картечью либо крупной дробью на запредельные дистанции, обычно остается ни с чем.